Остров Пасхи оказался красивейшим местом, населенным прекрасными и простодушными людьми. Повсюду стояли загадочные скульптуры. Здесь Кэсси услышала истории, восходившие еще к доисторическим временам и первобытному человеку. На каждом шагу встречались загадки, которые ей страшно хотелось бы разгадать, если бы только она могла остаться здесь подольше.
Однако они лишь заправились горючим и задержались всего на одну ночь, чтобы дать себе отдых перед долгим перелетом до Таити. На этот раз они лишь едва перекрыли рекорд по скорости, без малейших проблем преодолев расстояние в две тысячи семьсот миль за семь часов четырнадцать минут.
Приземление на Таити напоминало путешествие в рай. Выглянув в иллюминатор, Билли издал нечленораздельный крик восторга: вдоль посадочной полосы, выстроившись в шеренгу, стояли прекрасные девушки в национальных одеждах и приветственно махали руками.
— И за это нам еще платят! Господи, Кэсс, я глазам своим не верю!
Кэсси покатилась со смеху.
— Веди себя прилично. Если будешь смотреть такими глазами, нас в конце концов посадят в тюрьму.
Билли тяжело дышал, раскрыв рот от наивного изумления. Господи, какой ребенок, подумала Кэсси. Как хорошо, что она решила лететь именно с ним. Но главное, конечно, то, что он выдающийся пилот и к тому же просто великолепный механик. Именно Билли первым заметил посторонний шум в моторе сразу же, как только они покинули остров Пасхи. И сейчас, отдав должное местным девушкам, он пошел проверять самолет. Вечером они упомянули об этом в радиограмме, посланной в Лос — Анджелес, однако заверили всех, что ничего серьезного нет. Они ежедневно посылали отчеты о том, как проходит полет, и сегодня с удовольствием сообщили о новом рекорде.
В Папеэте почти все говорили на французском, однако Билли хватило знаний, чтобы объясняться с местными жителями. Французский посол дал обед в их честь. Кэсси пришлось извиниться за то, что у нее с собой нет никакой другой одежды, кроме летного костюма. Кто–то принес ей великолепный саронг, в котором она и явилась на обед, под руку с Билли, с большим розовым цветком в волосах.
— А знаешь, ты выглядишь совсем не так, как Линди, — пошутил Билли, восхищенно оглядев ее.
Их отношения продолжали оставаться чисто братскими. После приема, гуляя с Билли по пляжу, Кэсси призналась, как бы ей хотелось, чтобы Ник сейчас оказался здесь. Они бродили и разговаривали обо всем, что приходило в голову. Папеэте — просто волшебное место, и люди здесь чудесные. Пожалуй, это самое прекрасное место, какое она когда–либо видела, решила Кэсси. Она старалась не сравнивать его с тем островом в Мексике, где провела свой медовый месяц. Эти воспоминания все еще причиняли боль.
В тот вечер они с Билли долго сидели на пляже. Разговаривали обо всем, что их здесь поразило, о людях, с которыми встречались. Обед у посла оказался приемом на самом высшем уровне. Даже в саронге Кэсси чувствовала себя не совсем уютно.
— Временами мне просто не верится. — Кэсси в задумчивости перебирала пальцами лепестки цветка, который в этот вечер носила в волосах. — Как получилось, что нам так повезло? Только подумать, на каком самолете мы летаем по всему миру, с какими людьми встречаемся, какие места имеем возможность увидеть… Иногда мне кажется, что это происходит не со мной, а с кем–то другим… Как могла я сюда попасть? С тобой такого не бывает, Билли?
Порой Кэсси чувствовала себя совсем юной, в другие же моменты — слишком взрослой, едва ли не старой. Да, можно сказать, что для своих двадцати двух лет она добилась немалого успеха. Ей крупно повезло, если принять во внимание все обстоятельства.
— Ты дорого заплатила за это путешествие, Кэсс. Намного дороже, чем я. Но ты права… временами я чувствую то же самое. Иногда так и жду, что кто–нибудь схватит меня сзади за шиворот и спросит: «А ты, парень, что здесь делаешь? Ты же не из этого круга».
— Ты–то как раз из этого. Лучший из всех, кого я знаю. Без тебя я бы на это не пошла. Ни с кем другим. — Разве только с Ником, подумала она. Может быть, когда–нибудь…
— А знаешь, скоро ведь это все закончится. Я подумал об этом, когда мы прибыли сюда. Раз… и все закончится. Целый год планировали, работали до седьмого пота, тренировались до потери сознания… а потом каких–то десять дней, и все. Конец.
Они прошли уже почти половину пути. У Кэсси мысли об этом тоже рождали грусть. Не хочется, чтобы все закончилось так скоро.
Они медленно пошли обратно к отелю.
— Наверное, я должна быть благодарна Десмонду за все… И я действительно ему благодарна… но, знаешь, как–то странно… как будто это теперь вовсе не его затея. Он столько планировал… и столько лгал ради этого… Но у меня теперь такое чувство, что это наш перелет, а вовсе не его. Мы это делаем… и вот мы с тобой здесь. А его здесь нет. Вдруг, почти в один момент он потерял для меня всякое значение. — Высказав все, она почувствовала огромное облегчение.
Слава Богу, подумал Билли, она больше не мучается по поводу той отвратительной сделки, которую пришлось заключить с бывшим мужем.
— Забудь о нем, Кэсс. После нашего возвращения все это станет историей. Вся слава достанется тебе.
— Ты знаешь, слава сама по себе никогда меня не привлекала. Мне хотелось совершить перелет ради того, чтобы убедиться: я могу это сделать.
— Да, мне тоже. Но и слава, знаешь ли, совсем не помешает.
Билли улыбнулся озорной мальчишеской улыбкой. Кэсси рассмеялась, глядя на него. Однако в следующую минуту снова посерьезнела.
— Я собиралась подать на развод до отлета. Но потом решила отложить до возвращения. Не дай Бог еще эти неугомонные репортеры что–нибудь пронюхают. Не хотелось бы все испортить каким–нибудь неосторожным шагом. Но бумаги готовы и подписаны. — Кэсси тяжело вздохнула, вспомнив визит к адвокату. Нелегко было рассказывать ему о том, что произошло.
— Что ты собираешься ему предъявить?
Билли пришли на ум десятки причин для развода, начиная с обвинения в нарушении супружеской верности и прелюбодеяния и кончая разбитым сердцем. Неизвестно, правда, принимаются ли такие вещи во внимание при вынесении решения о разводе.
— Прежде всего, наверное, обман. Это, конечно, выглядит ужасно, но адвокат говорит, что у нас есть основания. Ну и потом, есть еще Нэнси… Я надеюсь, нам удастся прийти к какому–то соглашению без шума. Может быть, развод в Рино, если он на это пойдет. По крайней мере там это можно сделать быстро.
— Я уверен, что он согласится, — рассудительно заметил Билли.
Они пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись.
